Анализ художественного текста: от композиции к смыслу

К. И. Чуковский в своей книге о русском языке писал, что важнейшая задача школьной словесности - научить "самостоятельности суждений", "внушить школярам эмоциональное, живое отношение к искусству". При этом Чуковский подчеркивал, что эта задача практически невыполнима, если у ребят не развито бережное и внимательное отношение к языку.

В наши дни слова знаменитого писателя и филолога нисколько не утратили своей значимости. Более того, когда количество текстов (печатных и электронных; разных по качеству, по познавательной/эстетической ценности), которые ежедневно пропускает через свой мозг школьник, постоянно увеличивается, от преподавателей словесности требуется еще больше мастерства, чтобы сформировать у учащихся навыки критического анализа прочитанного, литературный вкус, умение отличать подлинное искусство от грубой подделки.

Как этого добиться? Ответ подсказал К. И. Чуковский: необходимо отойти от идеологических шаблонов и штампов, данных еще до непосредственного прочтения текста, и научиться видеть художественное мастерство писателей, своеобразие их поэтической речи2 . Другими словами, - позволим себе продолжить мысль писателя - двигаться от языка, от словесного построения - к замыслу, к истолкованию идеи автора, преодолевая в результате границу между традиционными лингвистическим и литературоведческим изучением художественного текста.

Замечательным и до сих пор не превзойденным опытом такого преодоления является анализ произведений Пушкина, Чехова, Гоголя, Достоевского, Анны Ахматовой и др. в работах одного из крупнейших филологов XX в. В. В. Виноградова. В своих трудах акад. Виноградов заложил основы теории текста, которая позже была развита в работах его последователей. Наиболее полное развитие идеи В. В. Виноградова получили в коммуникативно-грамматической теории Г. АЗолотовой. В написанной Г. А. Золотовой в соавторстве с учениками "Коммуникативной грамматике"3 мы находим, с одной стороны, теорию текста, а с другой, - конкретный инструмент анализа текста, позволяющий добиться глубокого осмысления текста, опираясь на данные анализа его языковой структуры, сблизить литературоведческое и лингвистическое исследование художественного текста.

Так, например, существенно углубляется привычное литературоведческое понимание композиции. "Композиция, - пишет Г. А. Золотова, - это построение, коммуникативно-смысловое содержание которого выражено средствами языка"4 . Коммуникативная грамматика, развивая мысль В. В. Виноградова, открыла, что любой текст организуется чередованием и взаимодействием различных композиционных форм речи - коммуникативных регистров.

Коммуникативные регистры представляют собой модели разных способов восприятия и представления действительности, композиционно-смысловые единицы текста.

В монологическом тексте выделяются изобразительный, информативный и обобщающий регистры речи.

Изобразительный регистр речи порождается прямым, сенсорным восприятием: "автор рассказывает о конкретном, единичном событии, разворачивающемся как бы на глазах у него, рассказчика, и на глазах у читателя, как на сцене, в определенный момент сюжетного действия".

В информативном регистре "выражаются знания, мнения и оценки". В нем "поступки, действия представлены не как единичные, а как многократные и длительные глагольными формами несовершенного вида". В зависимости от семантики глаголов изобразительно-повествовательный и изобразительно-описательный подрегистры, с одной стороны, и информативно-повествовательный и информативно-описательный - с другой.

От средств языка, от осознания принципов соединения, чередования в тексте композиционно-речевых форм (коммуникативных регистров) мы приходим дальше и к осмыслению композиции сюжета (последовательность элементов сюжета, движение от завязки к развязке становится возможным проследить в тексте) и далее приближаемся к уровню стратегии автора, поскольку выбор той или иной композиционной организации подчинен выражению авторского замысла, идеи произведения.

Какие результаты дает предложенный коммуникативной грамматикой метод исследования текста, какие возможности открывает коммуникативно-грамматическое понимание композиции мы покажем, проанализировав повесть Н. В. Гоголя "Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем" и роман В. Пелевина "Generation П". Рамки статьи не позволяют нам проанализировать эти произведения в полном объеме, поэтому мы остановимся на одном из композиционных приемов - использовании авторами обобщающего регистра речи.

Цель композиции - "расположить все куски так, чтобы они замыкались в полное выражение идеи"6 . В "Повести о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем" Н. В. Гоголя во многом именно анализ того, как "расположены куски", позволяет приблизиться к пониманию идеи, авторского замысла.

Именно языковая форма обобщающего регистра речи и создает тот необходимый, с точки зрения авторской стратегии, контраст всей тональности повести и этой финальной реплики, где автор приподнимает маску. Эта контрастность заставляет читателя остановиться и задуматься, вернуться назад, проанализировать прочитанное. В самом деле: почему скучно на этом свете"? И, отвечая на этот вопрос, читатель вдруг открывает, что то, над чем он на протяжении всей повести смеялся, чему, может быть, умилялся, оказывается не просто скучным, а страшным в своей убогости. Забавная история превращается в повесть о мире, где люди утратили свою человеческую сущность, превратились в неодушевленные предметы. Форма обобщающего высказывания позволяет избежать прямой оценки (ср. Скучный городишко этот Миргород, господа!), открывает простор для более широкого обобщения, а также самостоятельного читательского анализа.

В заключительном обобщающем высказывании, только в нем, по сути дела, отчетливо проявляется взгляд извне, с внешней точки зрения. Рассказчик приподнимает маску добродушного и простоватого приятеля главных героев, под которой он прятался (не очень старательно, впрочем) в течение всего повествования. Оказывается, что он не такой, как они, вовсе не часть Миргорода. Оказывается, что Миргород и его обитатели вызывают в нем вовсе не восторг (ср. Если будете подходить к площади, то, верно, на время остановитесь полюбоваться видом: на ней находится лужа, удивительная лужа! единственная, какую только вам удавалось когда видеть! <...> Прекрасная лужа!), а резкое неприятие, "скуку". Финальное обобщающее высказывание, таким образом, является важным в этой повести средством реализации категории образа автора; задает читательское восприятие, определяет верное, соответствующее авторскому замыслу, прочтение произведения.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Энциклопедия Школьника – содружество русского слова и литературы