БОЙД Уильям (BOYD William, p. 07.03.1952, Аккра, Гана), романист

Сын врача и учительницы - выходцев из Шотландии, Б. получил образование в университетах Ниццы (1971) и Глазго (1975), окончил аспирантуру и читал лекции в Оксфордском университете (1975-1980), работал обозревателем в "Нью стейтсмен" и "Санди тайме" (1981-1983).

Проза Б., чьё детство прошло в Гане и Нигерии, расширила географию современной английской литературы. Чёрный континент - место действия двух первых романов Б. - становится важной координатой его творчества, затрагивающего в числе прочих тему взаимоотношений империи и колоний. Дебют Б. - роман "Добрый человек в Африке" ("A Good Man in Africa", 1981; Уитбред-ская премия за лучший первый роман, премия Сомерсета Моэма) о злоключениях британского дипломата в Африке, написанный в духе классической традиции английского комического романа. Эту книгу, подкупаю-ще смешную и одновременно едкую, с элементами "чёрного юмора", сравнивали с романами "Чёрная напасть" И. Во и "Счастливчик Джим" К. Эмиса.

Если в "Добром человеке" повествовательная перспектива исчерпывается сознанием главного героя, то следующий роман Б. отличается множественностью "точек зрения". В "Войне в Восточной Африке" ("An Ice-Cream War", 1982; премия Дж. Л. Риса; смысл непереводимого на русский язык названия романа раскрывается в словах: "Здесь слишком жарко, чтобы воевать. Мы все растаем, как мороженое на солнце") Б. обращается к малоизвестному эпизоду из истории 1-й мир. войны - восточно-африканскому театру военных действий, где находились колонии Германии и Великобритании. Б. выдвигает тему "хаоса и абсурда" войны, рассматривая её как кровавое месиво, где большинство побед и поражений -случайность. На этом фоне автор повествует о судьбах персонажей, оказавшихся на обочине истории в самое неподходящее время, - фермера-американца и его соседа-немца, чьи земли расположены на границе колоний воюющих стран, английского офицера, его жены и младшего брата, нервного эстета; для большинства из них война не историческое событие, требующее доблести и героизма, а шумное недоразумение, прервавшее повседневную жизнь.

Повествованию свойствен панорамный обзор: фокус движется во времени (до войны - во время войны - после войны), в пространстве (Африка - Великобритания) и между несколькими героями. Тщательно продуманный композиционно, роман приближен к кинематографической технике. Быстро сменяющиеся сцены предваряются указанием даты и места действия: "10 июня 1914. Тавета, Британская Восточная Африка", "16 марта 1915. Оксфорд, Англия", "15 апреля 1917. Кибонго. Немецкая Восточная Африка" и т. д. Описывая сумерки эдвардианского общества и его внезапное погружение в самую разрушительную войну, какую когда-либо переживал западный мир, Б. обращается к традициям Дж. Конрада и Гр. Грина. После светлых летних дней 1914, купания в пруду в английском загородном поместье и медового месяца во Франции героев ждет африканский зной, предательство и смерть. Прозрачная викторианская манера уступает место настроению жестокости "Сердца тьмы": осквернённая могила ребёнка, отрубленная голова одного из героев, труп утопившейся героини.

Во "Флаге Конфедерации" ("Stars and Bars", 1985) Б. возвращается к комической ситуации "англичанин за границей", знакомой по его первому роману: герой, застенчивый лондонский искусствовед, получает работу в США. Бросая сатирический взгляд на Америку, писатель обыгрывает столкновение между невинностью и опытом в стиле Г. Джеймса. Герой мечтает освободиться от внутренних запретов и ассимилироваться в Америке с её стремительным жизненным темпом. Но поиск нового "я", которое ассоциируется с его поездкой в один из южных штатов для приобретения частной коллекции полотен импрессионистов (по мысли Б., именно идеалы Юга, символом которого становится флаг Конфедерации в названии, воплощают подлинную Америку), превращается в фарс.

Главная тема романа "Новые исповеди" ("The New Confessions", 1988) - творчество, что обусловливает выбор центральной фигуры, известного американского кинорежиссера шотландского происхождения, одержимого идеей создания фильма на сюжет "Исповеди" Руссо. Ровесник века, он перемещается из Эдинбурга 1900-х гг. на Западный фронт 1-й мир. войны, из Берлина периода Веймарской республики в Голливуд маккартистской эры, из Фландрии в Мехико. Подобно тому как Б. моделирует образ главного героя, Джона Джеймса Тод-да, в соответствии с его прозвищем "Жан Жак Руссо", моделирует свой образ и сам Тодд. Его проза насыщена реминисценциями, исторические эпизоды предстают в ярко раскрашенных декорациях голливудской студии, но искренность этой исповеди не более чем приём, создающий непроницаемую маску.

Интерес к идеям Руссо просматривается и в разработке темы следующего романа Б. - "Браззавиль-Бич" ("Brazzaville Beach", 1990; мемориальная премия Джеймса Тейта Блэка; рус. пер. 2002). Героиня, учёный-биолог, которая проводит исследования в Африке, задаётся вопросом, так ли велика пропасть, отделяющая природу от цивилизации. Наиболее естественной как для животного мира, так и для человеческой природы оказывается в романе ситуация войны: каннибализм и столкновения группировок среди подопытных шимпанзе, ожесточённое соревнование между учёными-интеллектуалами, бессмысленная гражданская война в неназванной африканской стране. Эти неутешительные открытия вводят вторую идею романа: "погоня за знанием - дорога в ад". Стремление ограничить жизнь рамками теорий - в мире Б. преступление, и оно всегда бывает наказано. Так, одержимость идеей извлечь из теории турбулентности формулу, способную "воспроизвести волшебное разнообразие естественного мира", толкает мужа героини, математика, к неверности, безумию и самоубийству.

Романы Б. по мироощущению близки к постмодернизму. Универсум его прозы, сложный, разрозненный, подобен хаотичной жизни. Это отражается на уровне повествовательной структуры романов. В них множество сюжетных линий, но среди них нет строгой иерархии, и далеко не все они находят своё развитие и разрешение. Характерен и отказ следовать единой жанровой схеме. Роман "Голубой полдень" ("The Blue Afternoon", 1993; премия газет "Лос-Анджелес тайме" и "Санди экспресс") содержит элементы любовной истории и детектива, интеллектуального триллера и исторического романа. Действие разворачивается в двух временных планах (Лос-Анджелес кон. 30-х гг. и Филиппины нач. 20 в.), один из которых служит для другого "рамой". В ходе развития "внутреннего" сюжета события "рамы" отходят на второй план и теряются, но и в прошлом многое остается невыясненным, напр. кто совершил убийство, ставшее ключевым событием книги.

Б. иногда порицают за эти "ложные" сюжетные линии, за то, что он провоцирует слишком большие ожидания, которые не оправдываются. Однако эта черта - индикатор мировосприятия автора, чья перспектива не превосходит в романах перспективы героя. В мировосприятии Б. нет места достоверному знанию о мире. «Я не возражаю против противоречий, парадоксов, загадок и двусмысленностей. Нет смысла "возражать" против чего-то, столь же неизбежного и укоренившегося в нашей природе, как пищеварительная система в нашем организме» - кредо героя лондонского романа Б. "Броненосец" ("Armadillo", 1999; экран. 2001; рус. пер. 2004). Столица Великобритании предстаёт в нём как средоточие тайны, место не менее экзотическое, чем Африка или Филиппины предыдущих книг. Здесь всё меняется, всё - не то, чем кажется, прежде всего герой, делом всей жизни которого было пересоздание себя (он изменил имя, национальность, название его дневника - "Книга преображения"). По натуре легкоранимый, он ищет защиты в образе трезвого функционера, эксперта страховой империи и - возможно, подсознательно - в коллекционировании доспехов. Но когда всё в его жизни начинает рушиться, благодаря способности подчиниться жизни со всеми её "парадоксами и загадками" он выигрывает у противников, оставивших для него место послушной пешки в своей игре.

Интерес к маргинальному опыту - постмодернистский штрих в стиле Б. Частное, конкретное становится для него обобщенно-значимым. Он выводит деталь с периферии своего повествования и помещает её в центр, делая важным элементом сюжета мелкие интриги на задворках британской дипломатии ("Добрый человек в Африке"), машину для очистки и переработки сисселя ("Война в Восточной Африке"), первые опыты воздухоплавания и хирургические новации ("Голубой полдень"), тонкости работы страхового агентства ("Броненосец").

Принятие сложности мира, ирония в его осмыслении порождают объёмность изображения в творчестве Б. и ставят его в ряд писателей, которые, несмотря на катастрофические настроения fin de siecle, утверждают, что "даже апокалиптический век заслуживает сатирического отношения и даже это худо не лишено комической доли добра" (Б. Брэдбери).

Соч.: On the Yankee Station. L., 1981; School Ties. L., 1985; The Destiny of Natalie 'X' and Other Stories. L., 1995.

К. Бузылева

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Энциклопедия Школьника – содружество русского слова и литературы