«Буколики» Вергилия

Наследуя Феокрита, Верґилий временами просто перекладывает поэтические строки эллинского поэта (в эклогах II, III, VI) и широко применяет прием контаминации. Автор «Буколик» стремится целиком погрузиться в волшебный для него мир пастухов с их неторопливыми разговорами, простодушно-наивными певческими соревнованиями. Двовиршами переговариваются Меналк и Дамет (III эклога), четверостишиями — Тирсис и Коре-Дон (VII), соревнуются в музыке и пении Меналк и Мопс (V), мечтательно упоминают прошлые песни Мэрия и Ликид (IX).

Однажды появляется и третейский судья — в лице Палемона исследователи познают самого автора (III). В своих песнях пастухи прославляют весну и лето, плодоносные деревья, под которыми «плоды сочные лежат», «украшения садов» — тополя и сосны; животных, которых они опекают. И вся эта прекрасная природа обвита покоем и тишиной, даже движения животных — коз и коров — неторопливые, они спокойно наслаждаются душистой зеленой травой. Лоно природы будто приглашает к любви нимф и богов. О двух таких любовных историях рассказывают Дамон и Алфесибей (VIII).

Отдельные эклоги Верґилия не несут в себе даже намека на современные события — ту острую борьбу, которая с новой силой вспыхнула в Италии. Они и в самом деле — сугубо буколические. Во всех эклогах часто упоминаются мифологические сюжеты, они пестреют именами героев и олимпийских богов — Афины, Париса, Одиссея (или Улисса), Галатеи, Юпитера, Дианы, Феба (Аполлона), Фетиди, Ахилла, Орфея и др. Вместе со своими героями поэт наслаждается роскошными видами преимущественно сицилийской природы и будто забывает о не совсем приятных событиях окружающего мира. Тем не менее это впечатление оказывается обманчивым. В некоторых эклогах буколическая тема исполняется аллегориями и недвусмысленными намеками на далеко не мирную и тихую современность. Уже в эклоге И у драматический диалог пастухов Титира и Мелибея властно врываются отклики гражданской войны, которая разрушает хозяйства, выгоняет нищих из их жилье и принуждает искать судьбы в чужих странах.

Мелибеевим роптанием противостоит искренний оптимизм его молодого друга Титира. В рассказанном им эпизоде о возвращении дома и имущества звучат автобиографические мотивы. В 41 г. по приказу Октавиана имения и земельные участки патрициев в провинциях отбирались в пользу ветеранов армии. Случайно было конфискованное и хозяйство отца поэта. Верґилий тогда обратился к какому-то влиятельному вельможе из окружения Октавиана и с его помощью возвратило родительское наследство.

Современность напоминает о себе и в эклоге III, в которой поэт доброжелательно откликается о произведениях своего друга и наставника Асиния Поллиона и казнит поэтов-нездар Бавия и Мевия. Эклогу X Верґилий посвящает своему другу Корнелию Галлу. с которым произошло несчастье — «в лагерь ужасный в снегах с другим втекла Ликорида» (23) — и который страдает среди замечательной, но равнодушной к его любовным мучениям природы.

О знаменитой эклоге IV написанные огромные поленницы аналитической литературы. Посвященная она Асинию Поллиону. С самого начала поэт предупреждает, что берется за «важнейшие песни», в которых расскажет о неминуемом возвращении «ряда счастливых возрастов на земле». Эта блаженная эпоха начнется после рождения в патрицианской семье необыкновенного ребребенка, который будет провещать приход нового «золотого возраста», станет властителем мира и принесет на землю мир и согласие для всех людей, процветание всего общества:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Энциклопедия Школьника – содружество русского слова и литературы